Всем известные смерти «от старости»
Есть самая распространенная группа сценариев: до крайнего износа тела. Такие варианты есть как в совсем простых жизнях, основное содержание которых «вырос, размножился, выжил до старости, умер» (и других задач нет, в принципе), так и в более сложных, где в плане задач уже все гораздо насыщеннее, однако форма смерти не принципиальна и все равно сводится к «сколько сдюжишь» при сопутствующих обстоятельствах.
В случае жизни развитого высшего я это в любом случае предполагает осмысленное использование достижений медицины, тонких практик, работы со своим сознанием, способности слушать свой организм, и в таких случаях люди чаще способны жить достаточно долго, но не во всяком мире. Это возможно в основном в развитых цивилизациях, где есть сложившаяся тонкая или техническая медицина, а у человека есть возможность получить немало информации о своем здоровье, изучить собственное тело и его связь как со своим сознанием, так и высшим.
Сама смерть (какая именно болезнь станет решающей, что именно первым начнет отказывать, конкретный срок ухода) в таких случаях имеет лишь общие ориентиры. В случае ранних жизней это, по сути, вопрос «сколько протянет автоматика тела», и работать это будет без всякого осознания: ни человек в таком случае не в состоянии постичь собственное тело, ни его высшее я пока к такому не готово и может лишь прожить острые моменты жизни через автоматическое же соединение с плотным бытием человека в ключевых точках сценария. Смерти на этом этапе становятся для ВЯ данностью, через которую придется просто пройти во имя дальнейшего опыта. Здесь пока у высшего я не бывает выбора, как именно умереть и «можно ли еще потянуть», потому что никто не в контакте с телом, не понимает, как оно устроено и не имеет шансов ничего при жизни исправить или улучшить. А вот потерять жизнь вследствие этого незнания и недосмотра — можно, но об этом позже.
Если жизнь «до износа» берет высшее я уже развитого уровня, то тут уже возможны варианты. Например, за счет глубокого изучения тела и контакта с человеческим сознанием тут как раз есть возможность прожить подольше, заодно совершенствуя познание организма человека и управление им, включая и тонкое лечение, которое со своей стороны любое ВЯ рано или поздно должно освоить и научиться осуществлять.
Развитое высшее я может осознанно «натянуть долгожительство», если в том числе это будет одной из задач сценария: например, своим долгожительством подтверждать принесенные с собой и переданные через человека навыки тонкого лечения. Ведь нет ничего более очевидно верифицирующего эффективность предложенных техник, нежели собственная долгая жизнь носителя. И хотя не всегда это обязательный пункт пути носителя тонких практик, это бывает нередко.
Что такое контролируемая осознанная смерть и управление уходом
В случае развитого ВЯ смертью можно управлять, поэтому в сюжетах «до износа» такое ВЯ чаще само выбирает по соглашению с человеком примерный момент ухода и оба практикуют то, что называется на тонком плане контролируемой осознанной смертью. Суть ее в том, что, во-первых, ВЯ может само отключать тело (и закон за это не наказывает в таком случае, тем более чаще всего это все равно происходит в преклонном возрасте), но можно и пойти за болезнью. ВЯ в этот момент осознанно и по согласию с человеком перестанет поддерживать тело своей энергией, умышленно отпуская его умирать.
А во-вторых (и это самое важное!) контролируемая осознанная смерть — взаимное решение человека и ВЯ. Человек здесь не просто знает, что умрет в определенный момент, а сам в этом участвует прямым обсуждением с ВЯ и активным содействием в самом процессе. В таком случае человеческое сознание сохраняется в переходе дольше, осознанно интегрируется в память ВЯ и чаще сама фигура такого ухода у людей возражений не вызывает, тем более, в таких случаях у человека есть ясный контакт с ВЯ (иначе как об этом договоришься?)
Это используют в том числе как подтверждение при несении каких-либо знаний. Целитель, тонкий практик, который сказал «завтра я ухожу» и действительно ушел без всяких трепыханий именно так, как и описал, является для многих людей существенным подтверждением о реалистичности принесенных им знаний и практик.
Если же попытаемся посмотреть на нечто среднее между совсем примитивным сюжетом и высокоразвитым, то у ВЯ в случае судьбы «до износа» возникают определенные слои управления смертью, но еще не такие, как у далеко ушедших.
Тем не менее, уже сколько-то продвинутое высшее я, может туда-сюда двигать рамки смерти. К примеру, у ВЯ нет в задаче судьбы необходимости мучиться в процессе ухода. Человек заболевает тем, что в итоге приведет к смерти, и ВЯ это очевидно, но оказывается, что процесс может тянуться долго — несколько лет и с мучениями. Если ВЯ оценит ситуацию именно так, то имеет право ускорить смерть и забрать человека несколько раньше, чтобы избежать мучений.
Или наоборот, уже обладая хоть какими-то навыками лечения, ВЯ может продлить жизнь. Пусть и не так существенно, как это возможно для высшего я на последних стадиях плотной жизни, но уже сколько-то серьезно помочь человеку пройти какой-то сложный этап возрастных болезней и накинуть приличный кусок сверх того, что могло бы случиться, если бы человек пустил все на самотек или если бы ВЯ полагалось только на автоматику тела.
Насильственная смерть
Насильственная смерть чаще программируется как факт. Она может быть сама по себе размечена в судьбе ВЯ, но там не будет ФИО убийцы и его контактных данных. По существу, судьбе в таком варианте подойдет любой склонный к преступлениям человек, оказавшийся в определенном радиусе от человека.
Вопросы «почему и для чего» в таком случае лучше искать со стороны жертвы, а не убийцы. У последнего, как правило, нет задачи найти конкретного человека и убить его. У него есть определенная наклонность, которая так или иначе реализуется, и суть его (темного, как правило) сценария именно в этом: неважно кого убить, а потом смотреть, насколько это прокатит для закона и что за это начислят. Нередко высшие я именно так определяются со спектром, «тестируют» свои цели, позицию, изучают размеры платы и формы поддержания балансов.
У жертвы могут быть причины. Например, насильственная смерть может стать отработкой за свои же ошибки, нередко — такого же рода. Особенно если ВЯ светлое, но где-то переступило черту насилия в прошлом, теперь возьмет сценарий «с другой стороны», причем как можно быстрее после совершенной ошибки, дабы не усугублять счет к худшему и сразу же компенсировать.
Иной раз такое столкновение со злом может иметь целью его принятие, и прохождение через насильственную смерть будет не отработкой, а работой над собственным непринятием зла как такового. А ведь его так или иначе нужно уметь принимать и переваривать, особенно тем, кто подался в светлый спектр.
Есть и другой, очень осмысленный способ встретиться с насильственной смертью: когда ВЯ осознанно выбирает сценарий, в котором умрет за какую-то идею ради ее продвижения в культуре. Таких смертей в нашей истории немало в силу самих способов развития культуры. Здесь, например, тема мучеников была довольно сильно представлена именно потому, что вся культура во многом построена на насилии, но подобные факты бесстрашной смерти и постановки идеи выше собственной жизни весьма впечатляли и формировали будущих последователей идеи.
Но тут очень сложно с программированием такой смерти, потому что чем более развитое ВЯ с задачей посланника — тем больше в таких сценариях дается выборов. И по существу получается, что ВЯ должно само сначала вложить или развить нужные идеи (стать автором или продолжателем дела), а потом буквально на свою голову найти такую смерть.
Она, конечно, как возможность, прописана в судьбе, и энергетическая линия выбранного сценария «несет» человека и его ВЯ в таком случае в сторону нужной смерти, но при том, что в подобных сценариях многое построено на согласии (в светлом спектре, в темном людей, как правило, используют, хотя и там выбор шире чем в среднем), получается, что в подобных судьбах больше нагрузки на то, как поведет человека ВЯ, как с человеком договорится и сможет ли вообще.
В таких случаях смерть предельно конкретна (почему, за что и какой способ потенциальной казни), но при этом к ней еще надо грамотно подойти и не оплошать в процессе. Поэтому такие сценарии берутся только развитыми ВЯ, и это как раз относится к теме контролируемых осознанных смертей и требует уровня и подготовки.
Катастрофы и несчастные случаи
Катастрофы — то, что на деле программируется легче всего и, можно сказать, проще всего устроено. Но надо в начале оговориться, что подход к тому, что считать крупной катастрофой, зависит от поля планеты и спектра мира, который задан творцом (и подобранной им командой хранителей). И что для одного мира будет страшным ужасом, для другого — обыденной реальностью и расходным материалом истории.
Здесь, на Земле, уровень нормализации насилия очень высок. Бывает, впрочем, и реально хуже, но сам по себе темный спектр мира предполагает, что многое делается на насилии, а потому требования к сохранности жизни не то, чтобы высокие, отсюда и оценка масштабности катастрофы отличается от миров светлого спектра.
То есть война, уносящая жизни сотен тысяч — да, серьезное дело. Самолет на 100 человек, рухнувший внезапно где-то в полях — обычная рутина, которую никто всерьез программировать не станет. Для хозяев это лишь издержки развития, увы (и ценность жизни в темном мире всегда по определению ниже, но зато те, кто ее в таких условиях на самом деле ценит, получают двойные плюсы).
Зачем это программировать и какие цели могут быть, скажем, у войны — другой вопрос (и он изложен во второй части книги на примере Земли), но сейчас о том, как работает смерть. Предположим, война (к сожалению, актуальный пример) уже заложена в поле как одна из крупных вероятностей планеты (и ряда конкретных регионов).
Это означает, что сюжет войны уже размещен в поле, и программа формирования воплощений его учитывает. А значит, по совокупности (с личностными особенностями каждого потенциального рожденного) сформируется масса сценариев, в которых уже заранее прописано некое участие в этой войне. И если там предполагается смерть — с большой вероятностью человек тут от судьбы не увернется никак. ВЯ, как правило, знает (чем старше, тем лучше запоминается сценарий!) — что именно в текущей судьбе прописано по отношению к войне. И я не раз уже в последнем периоде с подачи людей спрашивал их высших я насчет их места в той же войне, и многие, конечно, рассказывали, что в самом сценарии было озвучено.
Так что пресловутый анекдот на тему «…Я вас, ***дей, пять лет на одном корабле собирал!» — в общем-то правда, только даже и пяти лет не надо: тут все сработает в большинстве по написанному. Кому суждено погибнуть — погибнет, кому суждено — уедет, кому суждено — пойдет на фронт и выживет, хотя это не гарантия, но гарантий нет ни в какой судьбе, а вот большие вероятности действительно есть.
Теперь представим более мелкую катастрофу, которая в поле не была записана как однозначный виток сюжета общепланетарного развития — скажем, самолет на 100 человек. Который как бы внезапно упал. Но на деле и он — тоже нет.
Это работает так: в поле все равно есть тенденция (например, идет развитие авиационной отрасли, и по ходу этого процесса неизбежно что-то ломается). Есть и сценарии, в которых размечена возможность преждевременной/неестественной смерти, но не прописано четко, какая именно.
Вылетает, допустим, в один день несколько рейсов, а в итоге сломается и упадет именно тот, на котором число людей с такими судьбами было максимальным. То есть, буквально, они сами со своими предпосылками собрались на борт, и поле их услышало. И если чему-то все равно надо было упасть просто чисто по факту необходимости дальше изучать критерии безопасности полетов, и если все равно собрались люди, у которых в сценарии возможность прописана, то просто для поля тут «все сошлось».
Что такое случайная смерть и возможна ли она
А вот дальше о случайностях. Потому что на борту самолетов или на фронте могут оказаться как бы случайные люди. И все мы (уверен!) сталкивались с такими случаями, когда какой-то человек внезапно отказывается сесть на борт самолета, потом разбившегося, или внезапно передумывал ехать туда, где позже происходила какая-то катастрофа. Или есть еще такие, кто «по объективным внезапно помешавшим обстоятельствам опоздал». А все потому, что не судьба.
Их высшее я способно прочитать поле несколько заранее (по крайней мере, ко второй половине плотной жизни большинство этот навык приобретает) и понять, что тут «тучи сгущаются над нами, и это — не наша касса». И ВЯ просто отводит человека от такой ситуации. Увидеть ее не так сложно, все же если у человека билет на самолет, а вокруг него уже по факту пассажиров формируется вероятность катастрофы, то ВЯ, у которого не прописано в судьбе такое, справедливо постарается отменить такую «случайность».
Практически все «случайные» смерти — недосмотр ВЯ. Таких особенно много по молодости, когда подключенность к человеческой жизни еще не высока, да и навыков пока не хватает для того мониторинга поля. Но учиться другим способом все равно не выйдет: все эти «куда и когда смотреть», «как видеть поле», «как воздействовать на человека, чтобы он не…» и «как вообще с ним взаимодействовать» — приходят не сразу.
Случайность может произойти и с опытным ВЯ, если ситуация была совсем уж из разряда непредсказуемых. Например, поле уже отмеченного катастрофой самолета формируется не за секунду до катастрофы, а по факту сбора пассажиров, то есть даже не физического — в поле будет видна вероятность уже тогда, когда уже куплены билеты и уже, тем более, когда пошла регистрация на рейс (вот тут уж точно, так как сформировано даже общее физическое поле: совсем уж последнее китайское предупреждение).
Но если мы представим глухой лес и внезапно спятившее животное, и нет никакого поля ситуации, сформированного хоть сколько-то заранее, то прилететь вот так может и опытному ВЯ. Хотя это тоже ведет к более внимательной подстройке к человеку и навыкам все же глубже чувствовать вероятности не только среди людей (их полю виднее), но и среди живого мира.
В живом мире вот так почувствовать легче «плановые» катастрофы: в поле известно, когда рванет вулкан, потому что этому предшествует некий процесс формирования ситуации. И так со многими крупными катастрофами, о которых сверху известно, но об отдельном животном, вдруг решившим напасть — нет.
Большинство случайных смертей — все же, удел еще молодых. Для взрослых это редкость. А на уровне молодых ВЯ это происходит часто, особенно в темном мире, где уровень насилия достаточно высок, а темп развития взят слишком быстрый. И нередко человек, чье ВЯ еще от него далеко, просто «не туда наступает» или не хватает разума на то, чтобы справиться с обеспечением безопасности в потенциально опасных ситуациях использования техники, например. Но это, опять же, способ научиться, куда смотреть, как подстраиваться к человеку и что за это все бывает.
Самоубийство: как его измеряет закон
Самоубийство — в целом в законе приравнено к убийству, но тут все несколько сложнее и есть нюансы. Есть ситуации, где у закона нет вообще вопросов к нему, если это контролируемая осознанная смерть. Она описана выше, но добавлю еще вот что. Ключевой фигурой такой смерти является совместное решение высшего я и человека закончить эту жизнь по взаимному согласию в какой-то конкретный момент. И самое главное: в любом случае это шаг не от злости и отчаяния (бессилия, отвращения к жизни и т.д.), этот шаг должен быть сделан только в любви и согласии с жизнью и таким ее назначением — только тогда это будет зачтено как вариант осознанной смерти.
Еще у закона редко бывают претензии, когда самоубийство — единственный способ сохранить свое человеческое достоинство и свободу. Бывает, что это не было прописано в судьбе: допустим, человеку стали угрожать каким-то совсем уж тяжелыми условиями, пытками в тюрьме и любыми формами расчеловечивания. В самой судьбе могло не быть настолько жестких условий (но особенно в темных мирах люди умеют и сами сочинять сверх всякой меры), и если самоубийство оказывается единственным способом избежать крайнего унижения и полного лишения человеческого статуса, то закон обычно не возражает.
Не полностью, но смягчающим обстоятельством могут быть тяжелые страдания, особенно те, что превысили меру, данную самой судьбой. Превышение меры случается и в болезнях, и даже если человеку суждено умереть от конкретной, это подразумевает определенную меру страданий, но организм все же невозможно настолько прочесть еще на старте, чтобы точно эту меру знать, и в таких судьбах обычно есть какой-то выбор на тему борьбы с болезнью. Возможно, он был сделан в худшую сторону, это и привело к превышению меры страданий. В таком случае при самоубийстве есть вариант часть веса сбросить за счет «непредвиденных обстоятельств».
Отдельно хочется сказать про различных известных деятелей культуры, чье самоубийство может показаться словно оправданным их достижениями в области искусства. На деле закону это все равно — как многого достиг человек, внося свои произведения в культуру. Может, и немало, но вопрос в том, что незнание закона не освобождает от ответственности, а в этом мире у нас масса искаженных представлениях о ценности.
Я до сих пор вздрагиваю, когда мне приводят в пример «великих» типа Наполеона или А. Македонского. Кто они по существу? Разжигатели войны, насильники, массовые убийцы. Они преступники по самые уши. Но многих не смущает, и их продолжают называть «великими деятелями культуры». Но тут уже дело не в реальности их поступков, а в головах у тех, кому внушили подобные «ценности». И некоторые их вполне успешно пересматривают, благополучно от этого морока очнувшись.
Так и с самоубийством. В нашей культуре порой даже превозносится образ трагического персонажа, которому так отвратительно все в этом мире, что «не выдержать и уйти» становится едва ли не геройским поступком. Но закон устроен так, как устроен: самоубийство — зло, и другим оно не станет, за исключением тех, кто сделал это осознанным шагом из любви, а не из отвращения к миру и прочих «добрых» чувств, даже если это было весьма развитое ВЯ, взявшее жизнь талантливого человека.
Самоубийство может быть порой испытанием: человек, например, склонен к такому изначально (в силу личности, родовых программ и т.д.), но чаще такой сюжет берут для того, чтобы с этим справиться и принять жизнь. Но бывает, что так не получается, а в самой судьбе был выбор: пройти это испытание или провалиться в суицид. И ведь нет никакой гарантии, что и человек, и ВЯ справятся с первой попытки. Но у ВЯ в таком случае будет и вторая, и в любом случае первую неудачную придется оплатить по полной.
Автор публикации
