2. Сатинари
— И постарайся поскорее убедить меня, что я не зря потратил на тебя кувшин воды! — смеялся Ретидан.
Одной рукой поддерживая Сатинари, едва стоявшую на ногах от слабости и боли, он медленно лил на нее воду. Стекая по бедрам, вода перемешивалась с грязью и кровью.
— А теперь немного постой сама. Я же вижу, ты нормально помыться не сможешь.
Наклонившись, Ретидан поднял с пола ее грязную юбку и быстрым движением оторвал кусок ткани. Смочил его в тазу с водой и, подхватив пошатнувшуюся девушку, начал вытирать ей ягодицы и ноги.
Его внимание привлек широкий браслет без застежки, охватывающий ее щиколотку.
— Он не снимается?
— Это обычай нашего народа. Я с детства назначена невестой Солнца. Браслет — это чтобы всем всегда видно было. Ни один мужчина не может быть с такой женщиной.
— Как видишь, наших мужчин такие мелочи не останавливают! — захохотал Ретидан, вспомнив, что вытворяли с пленницей двое его товарищей, пока он, подойдя на крик, стоял и ждал своей очереди.
Сатинари отшатнулась, словно он ее ударил, и едва удержалась на ногах.
— Ну-ну, не бойся. Пока ты у меня, другие тебя не тронут. Пока мне интересно! — и он снова громко засмеялся. — Давай, снимай уже все остальное!
Прикусив губу, девушка принялась развязывать широкий пояс, закреплявший на талии рубаху из плотной ткани, едва доходившую до бедер. Пальцы не слушались, туго затянутый узел, пропитанный водой, не поддавался. Подождав немного, Ретидан взял со стола нож и разрезал пояс, а затем поднес лезвие к горлу Сатинари.
Девушка закрыла глаза.
Ретидан засмеялся:
— Рубашку сниму, так быстрее будет, — и начал осторожно разрезать плотную шнуровку под горлом, а после — и ткань сверху вниз, намеренно время от времени касаясь тела кончиком ножа и прислушиваясь к тому, как девушка вздрагивает от каждого прикосновения. Вдруг нож зацепился за что-то. Удивленный Ретидан отложил нож, руками рванул ткань — и присвистнул от удивления, увидев на талии девушки крепкую цепочку, похоже, из того же металла.
— Ничего себе украшение! — он потянул за цепочку. Девушка прикусила губу. Он потянул сильнее, и Сатинари вскрикнула. Довольный, он ослабил натяжение. — Это у вас тоже такой обычай?
— Да. Это знак того, что невеста Солнца не будет иметь детей.
— Ну, детей нам и не надо. А вот относительно всего прочего невесте Солнца придется уступить, — и он снова натянул цепочку. — Конечно, если невеста Солнца не хочет, чтобы я отдал ее другим воинам.
***
«А ведь это почти не отличается от того, что было в жизни Шоана…» — теперь Отаэль постоянно вспоминалась жизнь, после которой начались ее совместные воплощения с тем, кто обещал защищать ее людей от превратностей темного мира. Как говорила тогда Раневер? «Мне очень нужно». Вот и сейчас его человеку «очень нужно», только Ретидан еще меньше церемонится с тем, кого спас от смерти, так что его обращение с Сатинари до боли напоминало Отаэль то, что было с Шоаном в доме его хозяина.
И разве это такая уж неожиданность? Разве не ясно было с самого начала, чем будут расплачиваться за спасение и защиту ее воплощения? Но это ее не остановило: хотелось воплощаться рядом с тем, кто был старше, более опытен, чем она сама, и при этом почему-то был заинтересован в общении с ней. Да, ей пришлось отказаться от самостоятельного выбора сценариев: Рами-Эн выбирал тот, что подходил ему, и предлагал ей сопутствующий, но ведь только так их люди могли быть вместе, как были вместе они, души.
Только в каждом последующем сценарии становилось все больше жестокости… Рами-Эн говорил, что сейчас ей не стоит дополнительно вовлекаться в происходящее с людьми — довольно того, что душа и так принудительно втягивается в тело человека в ключевые моменты реализации сценария воплощения, — убеждал, что лишние переживания ни к чему, что не стоит привязываться к человеку. А разве мало того, что она сама переживает при каждом таком погружении в человеческие чувства? Но для нее это хотя бы ограничено по времени… В отличие от ее человека, остающегося во взаимодействии с воплощением Рами-Эна и после того, как она, Отаэль, возвращается в свою сферу, откуда происходящее между людьми воспринимается как иная реальность — до следующего недолгого погружения в тело женщины, когда ее окатывает болью и страхом в присутствии того, в кого воплотился Рами-Эн.
И, думая об этом, Отаэль натыкается на другой вопрос — о своих показателях на главной кармической оси добра и зла. Жаль, что она пока не может определить их сама. Вот Рами-Эн умеет это делать — он говорит, что периодически выясняет, как у него обстоит с соотношением зла и добра, и если вдруг обнаруживает, что доля первого сильно перевешивает две трети, обычные для душ темного спектра, то в последующих жизнях он уравновешивается, увеличивая сверх трети свою долю добра, в общем, следит за тем, чтобы не пересечь критическую отметку, за которой душе грозит неконтролируемое сползание к полноте зла и последующее прекращение существования. А вот сама Отаэль хочет попасть в светлый спектр. Но что происходит у нее на самом деле? В какую сторону оси добра и зла все это время движется она сама — и в предыдущих совместных воплощениях, и прямо сейчас?
Да, прямо сейчас, когда Сатинари, сидя в хижине, куда поселил ее Ретидан, напряженно прислушивается к каждому звуку извне, потому что тот может появиться в любой момент. Или когда она сидит, съежившись, в углу своей кровати, надеясь, что в этот раз Ретидан заглянул только для того, чтобы оставить еду. Или когда он снова насилует Сатинари, а она воспринимает эту боль как заслуженную, потому что считает, что это Солнце вселило в Ретидана злых духов, чтобы наказать свою бывшую невесту, которая нарушила обет ради спасения собственной жизни. И теперь она обреченно ожидает, что Солнце накажет предательницу еще больше…
А что предала она, ее душа?
***
Однажды Сатинари заболела: ее мучила постоянная тошнота, которая никак не проходила. Она почти ничего не ела — еда возвращалась назад. В конце концов это заметил Ретидан.
— И ты действительно не знаешь, что это за болезнь?
— Не знаю. Но думаю, что так меня наказало Солнце.
— Ну, можно и так сказать, — пробормотал он. — Но нам такого не надо. Скоро я приведу врача.
…Врач долго осматривал Сатинари, расспрашивал о ее состоянии. Затем утвердительно кивнул и, поговорив с Ретиданом в противоположном углу комнаты, сообщил Сатинари, что придет лечить ее через два дня.
На этот раз, осмотрев больную, врач сказал Ретидану приготовить кипяток, освободить стол и постелить на него простыню. Потом велел Сатинари, чтобы она сняла с себя всю одежду и надела чистую рубашку. Далее вытащил из сумки бутылку с жидкостью: «Выпей прямо сейчас, сколько сможешь».
Она выпила, а через некоторое время почувствовала, как у нее закружилась голова. Она еще слышала, как Ретидан взял ее на руки и перенес на стол.
— Ну вот и все, теперь у тебя никогда больше не будет такой болезни, — услышала она слова врача, когда открыла глаза. Она увидела, что лежит на кровати, укрытая одеялом. Попробовала шевельнуться — больно… Врач рукой прижал ее к кровати: нет, не вставать! Он сам немного приподнял ее за плечи и сдвинул книзу одеяло: «Смотри сюда!» Сатинари увидела, что рубашка ее задрана до груди, а живот перемотан белой тканью, на которой проступали пятна крови. «Видишь! Разрезав живот, я вытащил из тебя то, из-за чего ты снова могла заболеть, и все хорошо зашил. Теперь лежи и поправляйся!»
Сатинари поправлялась долго, Ретидан еще дважды приводил к ней врача. Во второй раз тот сказал: «Теперь лучше», но призвал к осторожности.
Ретидан кивнул, соглашаясь, но, когда врач вышел, подошел к Сатинари, которая так и оставалась сидеть на кровати, и засмеялся: «Я и так много ждал! И ты уже по мне там соскучилась, правда? Сколько можно откладывать? Сегодня долго тебя не буду радовать, надо слушаться врача, но кое-что мы сделаем. Ты сама этого хочешь, не так ли?»
Он взял на руки сжавшуюся в предчувствии боли женщину и перенес ее на стол. Положил ее спину, притянул к себе, согнув ей ноги в коленях и широко разведя бедра, и вошел в нее, преодолевая сопротивление плоти. Сатинари громко вскрикнула.
— Еще скажешь, что ты мне не рада? А может, тебе мало? — и он, не останавливаясь, двигал безвольное тело по столу вперед-назад. Сатинари уже почти не кричала. Для нее было очевидно: врач вынул из нее болезнь, но Солнце и дальше будет жестоко наказывать отступницу…
***
Чтобы встретиться с Рами-Эном после смерти Сатинари, Отаэль нужно было дождаться, пока закончится жизнь Ретидана, — оказавшись в пространстве между воплощениями, душа не может общаться с тем, чье воплощение еще длится.
Отаэль. Я больше так не могу! Он же ее убил!
Рами-Эн. Она прожила с Ретиданом пятнадцать лет, а это немало. Если бы не он, она умерла бы еще тогда, в юности! Я уверен, что она помнила об этом всю жизнь и была ему благодарна. Или ты забыла?
Отаэль. Не забыла. Но какой была ее жизнь с ним?
Рами-Эн. Как бы там ни было, она сознательно избрала его защиту, а не раннюю смерть. И в дальнейшем не ушла от него, хоть у нее и была такая возможность, он ее взаперти не держал. Я же обещал тебе, что буду заботиться о твоих воплощениях, и свое обещание выполняю. И кстати, благодаря Ретидану после того единственного случая у нее уже не было беременностей! Много ли женщин этого мира могли бы похвастаться таким?
Отаэль. У нее и не было бы беременностей, если бы он не…
Рами-Эн. Ну, это ты слишком много хочешь. (Он засмеялся.) Ты еще скажи, что, взяв ее под свою опеку, он не должен был пользоваться ею! Может, надо было пылинки с нее сдувать? Тогда ей нужно было поискать другого защитника! Был еще кто-нибудь на примете?
Отаэль. Нет.
Рами-Эн. Ну вот. Тогда какие претензии ко мне?
Отаэль. Но он же все время издевался над ней!
Рами-Эн. А для чего еще она была ему нужна, эта твоя бледная немощь? Невеста Солнца, и придумать же такое… У него что, женщин мало было? А эту он даже поселил отдельно. Ну да, не рассчитал в последний раз… До этого случая она же все выдерживала! Откуда он мог знать, что она такая слабая?
Отаэль. Я больше так не хочу!
Рами-Эн. Ну ладно, ладно. Обещаю, что в следующий раз обойдемся без всего этого. Конечно, если твоя женщина сможет быть полезной для мужчины чем-нибудь другим.
Читайте полную повесть «Под темными звездами»:
Автор публикации
https://glubina.space/povist-pid-temnimi-zoryami-zmist/
https://glubina.space/u-prominni-svitanku-povist-iz-ciklu-pro-vtilennya-otael/
