Когда случается нечто, выбивающее из привычной колеи, то первое, что тянет сделать — задержать дыхание. «Вот-вот все закончится, надо только потерпеть». Жить в такой момент крайне трудно, ведь жизнь была ассоциирована с тем, что ею называлось до. Например, до войны. Или до какого-то экономического обвала, железного занавеса, тотального локдауна и так далее. Подобный набор событий с разными оттенками сейчас бродит по всей земле.
Но такие периоды в истории на деле могут тянуться не просто годами — десятками лет. Понятно, что они неоднородны — в каких-то войнах случаются послабления и перемирия, в каких-то — сильнее бьет развал экономики, в каких-то — в меньшей степени, и практически никогда не бывает так, чтобы не существовало либо каких-то форм сравнительно мирной жизни во всем этом, мест, более свободных/удаленных от основных очагов конфликтов, или способов находясь даже и внутри, тем не менее, жить, продолжая идти своим путем и делать то, что для вас продолжало бы называться жизнью.
В экстремальной ситуации переждать, «задержать дыхание» и пережить нечто на кратком отрезке, будучи сосредоточенным на выживании лишь, игнорируя все, кроме возможного будущего спасения, — можно. Если этот отрезок действительно краток. А если нет?
И тут возникает вопрос — где, собственно, та мера, которая говорит: это не закончится завтра? В этом нужно привыкать жить, а не только ждать, что все закончится.
На эту тему существуют довольно известные высказывания. Об этом — парадокс Стокдейла, об этом же не раз говорил в своих книгах переживший фашистский концлагерь Виктор Франкл.
В подобной ситуации (плен, концлагерь) людей можно было грубо поделить на две основные группы.
Одни — верили, что вот-вот освободятся, буквально каждый день ждали изменений в своем положении, по сути, отказывались обустраиваться в существующей реальности, отрицая ее, а вместе с ней отрицая и собственную жизнь. Как и другие — те, кто сразу считал ситуацию безнадежной и беспросветной.
Погибали довольно быстро и те и другие: одни сжигали себя бессмысленной надеждой на «вот-вот», «надо еще немного потерпеть», даже не пытаясь на деле жить. Они игнорировали необходимость заботиться о себе в реальных условиях и делали глупости, которые поводили их порой под летальный исход. Другие сжигали себя беспросветностью, даже не пытаясь рассмотреть возможность хоть какой-то надежды, кроме неминуемой смерти. Но главное, и те и другие отвергали жизнь в своем настоящем.
Кто выживал? Те, кто не ставил все на «вот-вот закончится», но и не рушился в безнадежность, те, кто не игнорировал то, что в этом придется жить. Выживали те, кто занимался устройством своей жизни в текущих обстоятельствах, стремясь сделать ее как можно лучше и сохраннее. И не считали это «не-жизнью».
Меж тем я сейчас немало вижу тех, кто буквально закрывает глаза на жизнь. Временно не живет, потому что отрицает тот факт, что вот это — тоже жизнь. Словно человек застрял в отрицании того, что прежнее утрачено, как минимум — надолго.
Для того чтобы помочь определиться со своим положением, я предлагал человеку задать себе вопрос: а когда для вас лично временное станет сравнительно постоянным или как минимум — долгосрочным? И тем, в чем уже нет иного выхода, кроме как жить и обустраиваться? Сколько дней, недель или месяцев должно пройти?
Ситуации бывают разные, безусловно. Но понимать, когда временное начинает в жизни занимать постоянное место, важно для того, чтобы смочь вовремя вернуть себя к жизни. Потому что парадокс всей ситуации таков: выживает эффективнее в таких условиях тот, кто живет.
Часто застреванию в пережидании способствует и такой фактор — человек, отрицая, что вот это тоже может быть жизнью, пытается как бы сохранить для себя прежнее ее лицо, ее прежние очертания. «Если я буду отрицать настоящее, то я верну себе прошлое». Такое, кстати, часто возникает в горе — отрицая смерть близкого, человек как бы надеется вернуть его.
Но время идет, человек не воскресает, и возникает тот же вопрос: а когда и как можно начинать жить дальше? Иногда фактически никак. Потому что человек отказывается жить в новых условиях и, по сути, выбирает доживать. Как-то «пережидать» — уже, видимо, до смерти. Ведь бывает на самом деле именно так.
Пережидание жизни можно заметить даже во вполне мирных условиях «относительной мировой стабильности». Однако и в обычной жизни нередко можно услышать «вот преодолею… достигну… надо потерпеть до…» (предполагается, что все проблемы решатся и можно будет сколько-то «выдохнуть»).
Чаще всего человек терпит, превозмогает, ждет, но как только появляется хоть какой-то кажущийся просвет, тут же снова накрывает примерно того же свойства потоком – снова то конфликты, то финансы, то поломки в доме и тревога за любые бытовые мелочи. Каждый заход на следующий виток неизбежного терпения заканчивается еще более тяжелой усталостью, измотанностью и ощущением, что дно пробито, а сил больше нет никаких и ни на что.
На свою сентенцию о том, что проблемы вообще имеют свойство быть с нами пока мы живи, ибо они – залог развития, часто слышу отчаянное восклицание: «Но неужели нисколько не бывает передышки?!»
«А вот это – зависит от вас!» – неизменно отвечаю я.
И это правда. У вас есть долги? У вас в который раз сломалась машина или потекла крыша в доме? Лишились работы/клиентов/возникли трудности с банками/переводами, заболел котик/ребенок/партнер/вы сами в очередной раз?
Это не происходит постоянно, это не происходит каждый день. Это не происходит 24/7 в реальном режиме. И даже если вы или близкий человек болеете, вы не умираете вот прямо сейчас в страшных мучениях, а кредиторы не ломятся к вам по несколько раз на дню всю неделю. И сломанная машина спокойно себе стоит во дворе, и новая работа тоже не найдется вот прямо завтра, и какие-то проблемы в коммуникации с миром не решаются одним надрывом никогда.
Кто устраивает этот «ад постоянных проблем»? Только ваше сознание. Это оно способно превратить проблемы во внутреннюю агонию, которая может не прерываться даже на сон, и в кошмарах продолжат приходить кредиторы, умирать все близкие и дом рушиться прямо на вашу голову. 24/7. Кто на это способен? Не та реальность, в которой и кредиторы, и поломки, и болезни присутствуют, но лишь периодически о себе напоминая. А вот устроить вам ад в голове/чувства/теле – способно только ваше сознание.
Ту самую передышку может организовать оно же – сознание.
Я спрашиваю нередко людей: вот вечером после работы, например, кто мешает вам устроить себе час, два этой передышки? Болезни, кредиторы, падающая крыша – это все разве происходит сейчас? Нет. Кредиторы домой пошли отдыхать, крыша пока держится, а ваша болезнь – очень далека от стадии предсмертной агонии. И вы могли бы сделать для себя хоть что-то расслабляющее, приятное, добыть толику радости и удовольствия, спокойствия и равновесия для себя. На деле вам никто не мешает.
Кроме убеждения, что если внутренне «отпустить проблемы» — наступит еще какой-то более страшный ад. Наступит, если не отпустить. Потому что если внутри себя все время безостановочно изматывать себя бегом по стенам внутри собственного сознания – можно достичь вполне материального истощения. И тогда и правда будет почти невозможно ни с чем справляться: вы исчерпали лимит, потратив его на гонки внутри собственного сознания, которые при этом не могли бы дать вам никакого решения проблем. Просто потому, что невозможно решить их все, сразу и за счет дикого напряжения. Тем более – одним вот этим нечеловеческим надрывом.
А вот добыть ресурс, наполнить себя, дать себе возможность восстановиться, и конструктивно при необходимости подумать о стратегиях решений, принимая, что проблемы, собственно, будут так или иначе всегда — возможно. Точно так же, как принципиально невозможно полностью избавиться от всех проблем, как и дотерпеть до светлого будущего, в котором их не станет.
Жить в войнах, пандемиях и экономическом кризисе нам предстоит сравнительно долго. Никакой прогноз, конечно, невозможно доказать — эта материя все равно имеет вероятности даже при самом точном источнике информации. Потому что даже у тех, кто планирует будущее целого мира, всегда что-то может пойти не совсем так и любые подобные процессы — все равно эксперимент, хоть и управляемый.
Нам остается только принять, что это – и есть наша жизнь. Но при ином подходе к проблемам они приобретают иной оттенок и перестают быть дамокловым мечом. Просто потому, что это вы теперь распоряжаетесь своим душевным состоянием, временем, и сами решаете, бегать вам этим вечером по стенам или все же позаботиться о себе.
Радость, спокойствие, контакт с собой – все это возможно в состоянии любых проблем, а сами проблемы в ваших глазах могут существенно уменьшиться и быстрее решиться. У страха глаза велики, но это – не объективная реальность «страшных проблем», а лишь реальность вашего внутреннего к ним отношения, которое можно изменить, если действительно хотеть жить с собой и окружающей действительностью в мире.
Автор публикации
