В этой части статьи речь пойдет о саморефлексии — той части сознания, которая обеспечивает осознанность. Мы поговорим о том, почему саморефлексия — самая сложная часть процессора, как происходит ее развитие и с какими трудностями на этом пути сталкивается как высшее я, так и человек. Вы также узнаете о том, кто такой внутренний наблюдатель и какую роль он играет в процессе управления собственным сознанием.
Саморефлексия больше всего нуждается в осознанном развитии и укреплении, и сходу раскачать ее до приличного уровня мало кому удается. По одной простой причине: формирование саморефлексии — труд, причем довольно тяжелый.
Это ядро процессора, конечно, тоже активируется на уровне пробуждения: вместе с «я могу получать/обрабатывать информацию» и «я чувствую/переживаю» одновременно включается и «я осознаю, что я существую, мыслю и чувствую».
Хотя способность к саморефлексии — предустановленная опция, нужно начать ею пользоваться, уделять ей внимание, и вообще, для начала, узнать о ней. Высшее я, конечно, в курсе ее наличия, но не всегда быстро улавливает ее подлинное значение: осознанность своих переживаний. На ранних этапах жизни легко провалиться или в рассуждения, или в чувства, и, прыгая с одной ветки на другую, не прозревать между ними никакой связи.
С человеком все еще сложнее: на ранних стадиях развития нередко бывает так, что он не просто не в курсе наличия у него саморефлексии, но даже не хочет в это вникать. Ему кажется, что он как-то соображает (то есть осуществляет простые логические операции для того, чтобы справиться с бытом и социальной коммуникацией), он, конечно, что-то чувствует, но саморефлексия с ним пока лишь иногда случается в качестве демоверсии. Которая может долго не впечатлять в виду нежелания прикладывать к ней усилия.
Отсюда и получаются в большом количестве такие жизни (пока душа не прозреет и не начнет развивать в себе саморефлексию уже всерьез), в которых человек влеком непонятно чем и кем, и чаще сам считает, что жизнь с ним «случается», а не он ее как-то направляет. Отсюда же рождаются и все концепции восприятия, в которых человеком рулит судьба, бог, еще чья-то воля, обстоятельства, химия, физиология и т.д., а не человек сам себя определяет за счет воли, выбора того, что прежде всего и обеспечивает саморефлексия: осознанность.
Причина же в том, что на деле ни у человека, ни у высшего я поначалу не хватает знаний и ресурсов для саморегуляции и самоуправления, но именно саморефлексия и способна в самой большой степени обеспечить осмысленное употребление способности к выбору — это и есть основная функция этой части процессора.
Внутренний наблюдатель и осознанность
Чем-то управлять возможно лишь там, где есть тот, кто управляет и то, чем мы решаем управлять. И для того, чтобы осознанно делать выбор, невозможно находиться полностью ни внутри чувств, ни внутри мыслей: должна быть некая другая точка обзора, с которой мы сможем видеть процессы собственной психики как бы со стороны.
Внутренний наблюдатель не зря является основой любых практик осознанности — что в русле современной психологии, что в рамках некоторых тонких, религиозных и эзотерических учений и школ. И хотя все это может несколько по-разному называться и подаваться, суть одна: без активного использования этой части собственного «я» никакая осознанность не грозит ни человеку, ни высшему я.
Можно сказать, что внутренний наблюдатель — и есть основная точка самосознания, и из этой же точки мы можем осмысленно принимать какие-то решения в жизни. Вообще, внутренний мир человека делится не только на три основные части процессора: те, кто знаком с темой субличностей, хорошо понимают, что во внутреннем «театре» можно собрать немало различных персонажей — и чувства, и логику, и наблюдателя, и каких-нибудь встроенных родителей, критиков и поджигателей, теней и разных прочих оттенков собственного характера и личности.
Однако, сколько ни множь эти сущности, а внутренний наблюдатель останется единственным местом, из которого можно увидеть какого угодно размера «команду», любые нюансы и особенности конкретного человека с его психикой и сделать выбор уже на основе того, что было осознано.
Но саморефлексия подразумевает и хорошую концентрацию, и цель, суть которой и будет в стремление управлять собой и жизнью. А это — ответственность и необходимость самому принимать и отвечать за все последствия собственных поступков, не делая никого виноватым в своих приключениях.
И это — основная причина, по которой многие сторонятся саморефлексии пока конкретно не прижмет тяжелыми условиями. Припертым к стенке болью, лишениями, обидами и одиночеством, человеку и высшему я приходится рано или поздно ставить вопрос о том, «как дошел я до жизни такой и что я могу сделать, чтобы это исправить».
Тут уже приходится так или иначе постигать, какие чувства и мысли привели к поступкам, за которыми наступили столь безрадостные обстоятельства. А для того, чтобы это увидеть, приходится встать «в третью позицию» и сделать из нее массу работы.
Например, придется понимать, как устроена логика, то есть, постигать смысл основных аналитических операций и их закономерности, а также называть собственные чувства, соотнося их с потребностями (которые тоже придется обозначить), и вникать в то, что является основным средством выражения всего происходящего внутри — речь.
Понятие, которое имеет значение и смысл — и есть основная форма мышления, сюда же относятся описания чувств. Еще в психологической практике я не раз сталкивался с тем, что предложение назвать и классифицировать собственные переживания вызывает протест, хотя осознанность начинается именно с этого.
Разбираться в законах логики сложно, а чувства и вовсе мистифицируются — они нередко попадают в категорию «невыразимое», но главное, что выражать их не хочется потому, что это их, по мнению многих, разрушает. Нередко можно услышать такое: «любовь или есть, или нет, или я чувствую что-то к человеку, или не чувствую, а если начать все это препарировать, то…»
То просто закончится детство. Человека (и душу тоже!) порой подолгу преследует младенческий идеал. Ребенок, не зная, что он чувствует и ощущает, просто кричит, зовет маму, а мама уже как-то сама разбирается с тем, что с ним происходит, и пытается удовлетворить его потребности на основе своих знаний из взрослой жизни, чувств и догадок.
Саморефлексия и ответственность
Успешно догадываться удается на деле не всем и не всегда, и в том числе поэтому вместе с развитием сама жизнь вынуждает ребенка как-то начинать осознавать и удовлетворять свои потребности все более самостоятельно. Но все это движется с большим скрипом: в отношениях даже формально взрослых людей истинной продолжают считать идею, в которой любовь — такое пространство, где за тебя все время догадываются и удовлетворяют твои потребности на опережение.
В любом мире это порождает огромную прорву разочарований, разрывов и пепелищ отношений. Грабли эти для высших я могут продолжаться десятками тысяч лет, пока разбитые сердца наконец не натрут мозоль и не дойдет, что всерьез никто не захочет обеспечивать тебе счастье, постоянно догадываясь за тебя так, как когда-то делала мама.
Взрослый путь — один, и выглядит с виду просто: построй все себе сам и доноси свои желания другим открыто, договариваясь с ними и осмысляя, принимая во внимание их встречные стремления относительно тебя. Но если это продолжает быть «недостаточно романтичным», то протесты могут продолжаться бездну времени, а внутренний наблюдатель, как и осознанность, так и остаются «какой-то заумью».
Речь, кстати, не только о партнерских отношениях, но и любых других: пожелания о том, чтобы за тебя догадывались, встречаются в разных типах человеческих взаимодействий — от детско-родительских (когда ребенок уже давно не младенец, да и родители выдвигают такие требования к детям, причем порой в любом возрасте) до профессиональных, где подобного ждут от начальства, коллег или подчиненных.
Ждут этого и от государства, бога, судьбы, обстоятельств и кого угодно еще — любых явлений мира, которым хотя бы приписывается способность мыслить и чувствовать. И дело, конечно, не только в отношениях: вся жизнь человека нередко оказывается борьбой за возможность не брать на себя никакой ответственности и продолжать жить по течению в поисках тех, кто догадается (и заберет эту ношу себе).
С высшим я в начале пути происходит примерно то же, только в роли мамы — папа, а потом наставники. И несмотря на то, что первым делом творец обращает внимание новосозданной души на сам возможную осознанность, указывает на способность к саморефлексии, скрип тормозов раздается в этом месте на всю Вселенную: редко кому захочется с самого начала взваливать на себя ответственность за собственную жизнь.
Все плохое многим душам, особенно поначалу, легче считать несправедливостью, которая с ними случилась (а дальше можно просто страдать и ждать, пока наступит какая-то другая, более благоприятная полоса и кто-то принесет нужное). Самое интересное, что страдать многим оказывается легче, чем принять, что это твои собственные поступки привели к какой-то боли, ты сам — и есть их причина.
Из ответственности для многих людей и высших я вытекает масса проблем: ждать ничего уже не получится, придется что-то делать. И надо решать, куда идти и как именно, и самому во что-то вкладывать, и снова ошибаться и получать новую порцию боли, и еще ментально напрягаться — делать выводы, строить прогнозы, продумывать последствия, анализировать чувства. И все это — усилия, которых хочется далеко не всем.
По этим причинам у человека у высшего я складываются самые сложные отношения с саморефлексией: она и есть главная точка нашей ответственности, именно из нее мы и можем осознать, что в нас самих породило те или иные последствия, только внутренний наблюдатель в состоянии прозреть суть внутренних процессов и то, как они влияли на мир, да и то, какие мы сами, кто мы такие.
Других мест, чтобы узнать себя и то, как строятся наши пересечения с любыми явлениями Вселенной, в нашем сознании не предусмотрено. Осознанность и измеряется качеством саморефлексии и глубиной контакта с внутренним наблюдателем.
У человека или высшего я может развиться прекрасный интеллект, высокая способность к логическим операциям, может быть богатая палитра чувств и глубина переживаний, но если все это плохо отрефлексировано — оно сотрется и не превратится в опыт, в знания, которые дальше можно использовать, не станет внутренней опорой. И самое интересное — не сделает счастливым надолго.
Счастье — это когда у нас есть то, что мы хотим, когда мы живем так, как хотим. Но для этого как раз и нужна третья часть процессора: мало мыслить и чувствовать, нужно уметь все это увязать, осмыслив свои стремления, мотивы, сами возможности и настроив собственное поведение так, чтобы добиться желаемого. Это и происходит из точки саморефлексии.
Она же — основной инструмент памяти, основа ее развития. Вы едва ли сможете запомнить то, что не осознавали. Если некая информация или переживание не были пропущены через саморефлексию, то некому будет отдать команду о том, что это стоит отметить и для чего-то отложить в себе (и еще знать, куда).
Саморефлексия, таким образом, поддерживает вместе с памятью протяженность, позволяет личности длиться: только имея хоть какую-то историю своего «я» человек может ощущать себя человеком, да и тонкое сознание — личностью.
И дальше логично поговорить как раз о памяти.
Полный цикл статей «Устройство сознания человека и души: взгляд с тонкого плана»
Автор публикации
