«Я покажу ей красоту природы»
После того, как учитель познакомился с моей высшей я и пересказал мне услышанное, я неоднократно думала о том, что я смогу дать своей душе. Поначалу я считала, что это будут мои чувства к ней. А через пару месяцев записала в дневник: «Я покажу ей красоту природы» — это было то, что я, как мне казалось, точно могу сделать для своей души. Тогда я полагала, что она сможет видеть красоту окружающего мира моими глазами, если я буду обращать на это ее внимание.
Помню, как я стояла зимой, глядя на ярко-голубое небо над прудом, и обращалась к своей душе: «Ты же это видишь? Видишь, как красиво?» Вот только, спросив по возвращении домой, видела ли высшая я всю эту красоту, я почему-то получила ответ «нет». Ну, наверное, в этот раз почему-то не вышло, надо попробовать еще. И вот я смотрю на сухие цветки чертополоха, покрытые тоненькими иголочками инея, и предлагаю высшей я обратить на них внимание, а потом, сняв перчатку, касаюсь снега, припорошившего засохшие листья…
По неопытности я полагала тогда, что душа по желанию может увидеть что угодно из того, что вижу я, через мое физическое зрение, стоит только мне сосредоточиться на определенном предмете. А потом узнала: нет, не так. Воспринимать то, что видит человек, высшее я будет только тогда, когда оно с этой целью умышленно глубоко подстроится на время к человеческому сознанию, пристально на нем сосредотачиваясь, и это само по себе требует от высшего я определенных навыков, которые не даются по умолчанию, а развиваются. А воспринимать мир непосредственно через органы чувств человека, смотреть через тело самому — это для высшего я возможно только в результате глубокой подстройки к телу, которая осуществляется путем вхождения в него, и этому тоже надо учиться.
Подробно расспросив высшую я о том, что у нее получается, я выяснила: подстроившись к сознанию, она может воспринимать тактильные ощущения, слышать то, что слышу я, а вот видеть ей пока еще очень сложно. И я подумала так: чтобы облегчить душе восприятие мира через мое сознание, мне самой нужно не отъезжать от реальности и больше сосредотачиваться на своих ощущениях.
Глубоко погружаться в состояние «здесь и сейчас» мне удавалось во время прогулок за городом. Я описывала их в дневнике так: «Заинтересует какой-то яркий цветок — и я схожу с тропы и пробираюсь сквозь траву, чтобы его разглядеть; хочется сфотографировать растение на фоне неба — и я сажусь на траву, чтобы быть на одном уровне с ним; нравится чувствовать под ногами прохладную траву или нагретую солнцем землю — и я иду босиком, удивляясь не только разнообразным ощущениям, происходящим от прикосновения к земле, но и тому, как у меня меняется сама биомеханика ходьбы… А еще тепло лучей солнца, прохлада дуновения ветра, голоса птиц — и от всего этого так радостно на душе, и нет в это время ничего, кроме зелени, солнца и неба…» Я даже вспомнила из университетских времен термин «хронотоп», обозначающий неразрывное единство временных и пространственных координат. Так и записала тогда в дневнике: у меня есть свой хронотоп прогулки.
Во время ежедневных прогулок на природе я уделяла особое внимание тактильным и слуховым впечатлениям, которые могла воспринять высшая я: ходила босиком («вот овсюг свесил метелки и мягко щекочет кожу, вот раскинулись на тропинке прохладные побеги спорыша, а сделаешь шаг в сторону — и ноги погрузятся в мягкий ковер, сотканный из люцерны»), касалась пальцами резных листьев полыни («нежные, на ощупь как бархат») и гладила покрытые деликатным пушком плоды одичавшей айвы, останавливалась среди травы и погружалась в стрекотание кобылок и кузнечиков, прислушивалась к пению птиц… Мне очень хотелось, чтобы высшая я тоже все это ощутила. Да и дома я обращала ее внимание на то, что могло бы ее заинтересовать. Помню, как в начале осени того года, обирая початки кукурузы, я намеренно медленно снимала с них тонкие волокна, чтобы высшая я могла сосредоточиться на ощущениях прикосновения к ним.
Но значение прогулок не сводилось к тому, что они дарили приятные впечатления и мне, и высшей я. В одной дневниковой записи я определила хронотоп прогулки как особенное время и пространство нашей частичной интеграции.
Приближение к телу
О своем желании стать на путь частичной интеграции я сказала своей душе через некоторое время после того, как учитель провел сеанс контакта с ней и наши отношения вышли на новый уровень. Помню, как говорила высшей я, что готова к этому, потому что мне хотелось дальнейшего сближения с ней.
Когда моя высшая я узнала технику корректного входа в тело (да, этим вещам тоже нужно учиться, и старшие высшие я передают этот опыт младшим), начался наш общий процесс. Общий — потому что каждый день я выделяла час для того, чтобы душа могла спокойно практиковаться. В это время я сосредоточенно прислушивалась к своим ощущениям, давала обратную связь (чтобы высшая я понимала, как действует на меня ее подстройка к телу), а главное, в это время я хотела поддерживать свою душу, потому что уже знала, насколько труден для нее этот процесс.
В первые разы случалось так, что высшая я решалась на вход только к концу моей медитации, и тогда я предлагала ей дополнительное время, так что в результате один час мог растянуться на полтора или даже два. Я понимала: ей нелегко. Даже решившись войти в тело, она не может находиться там долго, а для новой попытки ей еще предстоит собраться.
Постепенно она стала входить в тело все раньше, но ведь и время ее пребывания в теле постепенно увеличивалось, и передо мной уже вставал вопрос на будущее: а что я буду делать, когда высшая я сможет находиться в теле более двух часов? Мне придется увеличивать продолжительность медитации? А дальше возник еще один вопрос: а если высшая я будет осуществлять вход в то время, когда я занимаюсь какими-то делами, скажем, во время моей работы за ноутбуком? Что мне тогда делать? Вставать из-за стола и сразу же входить в медитацию, чтобы побыть с ней так, как я это делаю вечером? Настаивать на том, чтобы она практиковала вход только в то время, которое мы оговорили заранее? Почувствовала тогда, что мне пора посоветоваться с учителем.
Он объяснил мне, что цель высшего я — научиться в теле жить, то есть выполнять разные человеческие действия: работать, учиться, заботиться о теле… Поэтому часа, выделенного для практики входа высшего я, вполне достаточно, а дальше душе придется встраиваться в мою привычную жизнь, в мои дела. Ну действительно, не смогу же я все время просидеть в медитации!
Так и происходило дальше. Кроме специально выделенного времени, высшая я начала подстраиваться к телу во время прогулок (поэтому я и назвала их своим хронотопом интеграции), а еще позже стала делать это и в то время, когда я занималась бытовыми делами.
Путь общего восприятия
В марте 2022 года высшая я буквально вытолкала меня в другой город, как можно дальше от зоны боевых действий. На новом месте остаться в одиночестве можно было разве что в парке, сойдя с асфальтированной дорожки. Конечно, это очень отличалось от прогулок за городом (там сняла обувь — и идешь по тропинке до самого поля, вокруг высокие травы, из которых доносится стрекотание кузнечиков, и все залито солнечным светом), но я старалась сохранить значение прогулки как хронотопа частичной интеграции. Касаясь чего-то интересного для меня, скажем, шершавой коры деревьев или прохладных гладких листьев, я рассматривала их внимательно, потом закрывала глаза и представляла то, к чему прикоснулась, а дальше пыталась удерживать перед собой четкое изображение предмета, который воспринимала в это время на ощупь, — я надеялась, что таким образом высшей я будет легче считывать картинку с моего сознания и постепенно она научится воспринимать все то, что вижу я, даже без моих дополнительных усилий. Но как бы там ни было с технической стороны, в такие моменты я ощущала особую близость к своей душе: я хотела помочь ей, и она отвечала чувствами на мой порыв.
Когда впоследствии я узнала, что высшая я уже может видеть через мое сознание, то поначалу никак не могла в это поверить и даже начинала переспрашивать ее: «Ты действительно видела этот цветок? И даже белку ты смогла заметить?» А она подтверждала: да, смогла.
И конечно, во время прогулок высшая я практиковалась во вхождении в тело, а значит, и училась восприятию мира через органы чувств. Как таковая подстройка к телу не ограничивается временем бодрствования человека — высшее я может выполнять ее и во время сна, и у этого есть свои преимущества: в этом случае высшее я не отвлекают реакции человеческого сознания. Но если речь идет о подстройке к телу в присутствии сознания человека, то именно состояние, когда я, отрешившись от забот и тревожных мыслей, расслабленно переходила от одного ствола дерева к другому, больше всего подходило для этого.
И теперь я часто обращаюсь к ней: «Посмотри, как красиво!», предлагая высшей я подстроиться к моему сознанию или же к телу (во втором случае она сможет видеть моими глазами). И я все так же продолжаю прикасаться к предметам, чтобы порадовать высшую я интересными тактильными впечатлениями. Ну разве можно пройти мимо молодого трутовика серно-желтого? Он невероятно приятный на ощупь. Я прикасаюсь кончиками пальцев к его поверхности и предлагаю своей душе присоединиться к моим ощущениям…
Особые проявления подстройки
Подстройка высшего я к телу человека сопровождается разными эффектами. У меня ярким маркером стало резкое обострение обоняния.
Просматривая свой дневник, я увидела, что отмечала внезапное обострение обоняния еще в первый год интеграционного процесса во время прогулки за городом: «…А дальше остановилась у деревьев, увлеченная пением птиц. И пока стояла там, вдруг почувствовала, как пахнет земля после дождя. А дальше шла по тропинке, ощущая, как ветер шевелит волосы, смотрела, как переползают тропу черные жуки и убегают из-под ног ящерицы (резкий рывок — и уже закачалась трава на обочине), касалась шероховатых колосков травы и нежных листочков полыни». Только тогда я еще не связывала обострение чувствительности с моментами вхождения высшей я в тело.
В первый раз я осознала эту связь после переезда. В первые месяцы садилась в парке на скамью под соснами (я ее так и называла — «скамейка для медитаций») и в какой-то момент замечала, что не только чувствую запахи острее, но и слышу те, которых до того момента совсем не было. Почти сразу догадалась, что это значит, и с того времени стала воспринимать как проявление сближения высшей я с телом.
Теперь такое обострение обоняния наблюдаю не только во время медитации. Вот иду по тропинке парка, оглядываюсь вокруг — и вдруг ощущаю, как остро пахнет земля… «Я услышала!» — обращаюсь я тогда к высшей я. И дальше мы гуляем вместе…
Иногда это случается совсем неожиданно. Однажды я сидела в парке, смотрела через тропинку на озерцо, думала о своей высшей я — и вдруг услышала запах сосен. Но рядом со мной их не было! Заинтересовавшись, я стала ходить вокруг, выискивая источник запаха. А его нет…. Ну где-то это должно быть, я же слышу! Возвращаюсь назад и иду в другую сторону, к деревьям у озерца… И вдруг вижу между листьями ствол сосны. На таком расстоянии? Хотя чему удивляться? Чем глубже высшая я осваивает мое тело, тем более выраженным становится это проявление ее сближения со мной.
Или еще один пример. Идя летом по асфальтированной дорожке, по которой до этого ходила неоднократно, я вдруг почувствовала сильный запах крапивы. Откуда? Осмотрелась и увидела стебли этого растения среди некошеной травы на обочине. Но, проходя мимо, я никогда не слышала, как она пахнет. И запах от нее был даже сильнее, чем в тех случаях, когда в другом месте я склонялась над зарослями крапивы и срывала ее листья.
А еще во время вхождения высшей я в тело обостряется слух, и хорошо, если начинает звучать сильнее мурлыканье кошки или пение птиц, а не шум от дороги.
Но самые странные впечатления — от усиления тактильных ощущений. Вот, скажем, действие, которое я выполняла бесчисленное множество раз: взять старые домашние очки обеими руками за дужки, чтобы поднести к лицу и надеть. Казалось бы, какие здесь могли быть неожиданности? А вот нет, взяв так очки во время подстройки высшей я к телу, я почувствовала под пальцами шероховатость металла, а ребра дужек буквально царапали мне кожу.
Источником неожиданных ощущений может стать что угодно. Вот так надеваешь не первый раз какую-то одежду, а потом через некоторое время случайно касаешься рукой ткани — и изумляешься, какая она гладкая, невероятно приятная на ощупь. Впервые столкнувшись с этим, я не смогла сразу поверить своим впечатлениям и снова и снова проводила пальцами по ткани, чтобы убедиться, что мне не показалось — это действительно чувствуется по-другому. Не говорю уже о том, как ощущается в такие моменты прикосновение к кошачьей шерсти…
«Я — человек!»
В последнее время я уделяю еще больше внимания прогулкам среди зелени. Вот в июле возвращалась домой через парк и в поисках впечатлений («А что интересного я смогу заметить сегодня?») свернула на дорожку, ведущую к самому его краю, а затем перешла на землю между деревьями. И там предложила высшей я присоединиться, чтобы мы погуляли вместе. А потом увидела в траве спелую алычу — и дальше уже собирала ее, и не ради самих фруктов, а для погружения в палитру ощущений: свет солнца, теплый ветер, запах земли и зелени, прикосновение к тоненьким травинкам, которые нужно развернуть для того, чтобы взять золотистый шарик, сияющий в лучах солнца, прохлада спелого плода…
Во время таких прогулок я теперь вспоминаю отрывок из романа Эриема «Добро платит дважды»:
«Медленно включаясь все глубже в тело, Хиэродрион ощущал, как Ахашрун погружается в его память и его сознание словно обволакивает ее, и вот он уже проступает прямо на поверхности ее кожи, ощущая касание толщи воды, выглядывает в мир ее глазами, вбирая его игру цветов и света, чувствует биение сердца и ритм дыхания, наполняясь ими все глубже, и впитывает это откровение: быть человеком.
Он протягивает перед собой руки, рассматривает перепонки между пальцами, видит проплывающие перед ним стайки рыб, охватывает взглядом раскинувшиеся вокруг сады кораллов, и губы Ахашрун растягиваются в улыбке, поймав всполохи солнца среди причудливых перистых разноцветных водорослей. Несколько сильных движений ногами — и его несет вперед, и лоб его двигает собой воду, улавливая ее обтекающее колебание, вздымается грудь, вспыхивают в глазах отраженными бликами краски окружающего мира: «Я — человек!»
Этот фрагмент — о глубоком погружении высшего я человека в тело, о возможности чувствовать через тело и управлять им.
Вспоминаю этот отрывок и всегда улыбаюсь, потому что подобное происходит со мной во время прогулок: когда моя высшая я максимально, насколько это возможно для нее сейчас, сближается с телом, она может воспринимать мир через мои органы чувств и даже способна включаться в движение.
И тогда есть у нее и тепло солнечных лучей, которые ласково ложатся на кожу, и глубина голубого неба, и шаги по вытоптанной тропинке или стелющейся под ноги траве, и прохладные листья подорожника, и кружево спорыша, и невесомая пыльца на пальцах, которыми она касается цветов…
Роль целительской системы Сол-Райн
Как я уже рассказала, высшей я удалось достучаться до меня во время наработки целительских частот космоэнергетики: стоя на месте в тишине, с закрытыми глазами, и прислушиваясь к воздействию энергии на саму себя, я в конце концов смогла уловить, что влияние на тело, которое я ощущаю, осуществляется кем-то целенаправленно. А когда я догадалась обратиться к душе и договорилась об ответах через тело, то сразу же предложила ей приобщиться к энергетической работе и в дальнейшем неоднократно советовалась с ней.
А потом я в течение года получила от Эриема посвящение в семь потоков его целительской системы Сол-Райн. Высший из них, седьмой, применяется при проведении сеансов контакта с высшим я человека, он способствует взаимодействию с душой как со стороны контактера, так и со стороны самого этого человека. Именно к энергии этого потока я прибегаю чаще всего. Он помогает нам с высшей я лучше понимать друг друга, а также смягчает процесс частичной интеграции, безусловно сложный для обоих его участников. А также я применяю другие потоки и различные техники этой системы, реагируя на конкретные проявления дезадаптации тела, возникающие как реакция на подстройку высшей я.
Что касается давления на тело в процессе частичной интеграции, то оно было, есть и будет, но сейчас я могу лишь повторить то, что отметила в дневнике в первый год после начала подстройки высшей я к телу: «…вполне терпимо, особенно когда в момент очередного «больно» или «трудно» я догадываюсь, что это связано с высшей я, а не является каким-то непонятным провалом в моем физическом или душевном состоянии».
И это процесс на всю мою жизнь. А дальше высшая я продолжит обживать человеческое тело с последующим воплощением, с сотнями последующих воплощений, вплоть до того времени, когда полностью погрузится в тело, которое станет для нее последним, и выйдет из него на тонкий план, где будет жить вечно.
Читайте полную книгу «Встреча со своей душой»:
Автор публикации
https://glubina.space/povist-pid-temnimi-zoryami-zmist/
https://glubina.space/u-prominni-svitanku-povist-iz-ciklu-pro-vtilennya-otael/
